Вы здесь

Задержанных в Алданском ИВС заставляли брать на себя чужие преступления — из зала суда

14 ноября 2019 в 17:50Рубрика: Опасная зона

Александр Осадчий согласен на штраф

Сегодня, 14 ноября, Верховный суд Якутии продолжил рассматривать жалобу экс-начальника Алданского РОВД на продление ему ареста. В ходе слушаний выяснилось, что лица, при Осадчем содержавшиеся в изоляторе временного содержания (ИВС), брали на себя чужие преступления, сообщает ТайгаПост.

В ИВС по приказу начальника райотдела передавали телефоны, продукты, другие предметы, непредусмотренные правилами содержания арестованных. Пускали и посторонних, которым нельзя находиться в изоляторе. Это Александр Осадчий называл государственной тайной в интересах борьбы с преступностью. Как именно водка и проститутки помогали противостоять криминалу, Осадчий не объяснил — государственная тайна.

В начале судебного заседания Александр Осадчий выглядел спокойным, но с каждой минутой волнение все больше выдавало себя. Наблюдая за происходящим по видеоконференцсвязи из следственного изолятора, он обратил внимание суда на то, что нет его второго адвоката Коростылева. Судья Валерий Окороков объявил: Коростылев принять участие в заседании не может и попросил работать без него. Поистине удивительная позиция защитника: мне некогда, судите клиента без меня.

Услышав такое от судьи, Осадчий на несколько секунд задумался. Потом согласился, что хватит и одного адвоката Юрия Припузова. Обвиняемый также сообщил, что успел изучить все материалы своего уголовного дела, ради чего 12 ноября и прервали заседание.

Судья Окороков: У вас есть ходатайство?

Осадчий: Да. Я ходатайствую признать недопустимым доказательство в виде рапорта начальника отделения ФСБ по Алданскому району, так как этот рапорт получен следователем с нарушением уголовно-процессуального кодекса и инструкции о порядке предоставления материалов оперативно-розыскной деятельности. Этим рапортом следствие обосновывает то, что я могу оказывать давление на свидетелей, потерпевших и иных участников уголовного судопроизводства.

Государственный обвинитель с этим не согласилась: «Заявитель не указывает, о каких нарушениях идет речь, что именно в инструкции нарушено». Не мешкая, Валерий Окороков объявил, что ходатайство Осадчего отклоняется. Обвиняемый все же попытался вернуться к вопросу: «Документ (рапорт) появился в материалах, представленных суду, просто так, сам по себе. А он должен отражать результаты оперативно-розыскной деятельности. К этому документу должны быть приложены материалы ОРД, обосновывающие этот рапорт. Инструкция нарушена в полном объеме».

Судья Окороков: Решение по вашему ходатайству уже принято. Вы можете выступить с этим в прениях.

Осадчий: Суд при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу обязан исследовать в судебном заседании материалы, послужившие основанием для возбуждения уголовного дела. В ходатайстве следователя и материалах, предоставленных с ходатайством (тяжело вздохнул) содержатся сведения, что я, возможно, совершил преступление категории 286 часть 1 УК РФ средней тяжести. Но никаких доказательств, подтверждающих, что мои действия имели тяжкие последствия, следствием не предоставлено. Судом предыдущей инстанции этот вопрос не рассматривался.

Хочу отметить, что законом прямо предусмотрено: в местах содержания под стражей в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений проводятся оперативно-розыскные мероприятия. Я этим и занимался на протяжении длительного времени, о чем неоднократно говорил следователю и на предыдущих судебных заседаниях. Но почему-то мотивы моих действий никоим образом не учитываются.

Далее. Пленум Верховного суда №19 «О судебной практике по делам о превышении должностных полномочий» указывает: при оценке существенности вреда необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправных деяний на нормальную работу организации (…).

 

Понятно желание обвиняемого сменить инкриминируемый ему пункт «в» части 3 статьи 286 на более легкую часть 1. Ведь третья говорит именно о тяжких последствиях, причиненных в результате преступления. И санкция там более тяжелая — до десяти лет лишения свободы. Впрочем, этот аспект в суде о мере пресечения не рассматривался.

Осадчий также упирал на то, что, открывая двери камер для передачи арестантам телефонов, алкоголя и других неположенных вещей, он был не преступником, а просто правонарушителем. «В моих действиях... ну... видимо содержится состав административного правонарушения, так как никаких запрещенных веществ, предметов в виде оружия, боеприпасов, наркотиков я не передавал и указаний таких не давал», - сообщил обвиняемый. На намек заменить уголовную статью адмнистративным штрафом суд внимания не обратил.

По мнению Осадчего, давая характеристику в суде, следствие не учло его личность. «Из меня сделали какого-то негодяя за один проступок, который, кстати, МВД 6 ноября оценило как дисциплинарный проступок. И 6 ноября я был уволен из органов внутренних дел. Соответственно сейчас я не являюсь руководителем ни одного из свидетелей и не проживаю с ними в одном населенном пункте, не имею никакой возможности оказывать на них давление», - подытожил Осадчий свои доказательства.

Адвокат Юрий Припузов сообщил суду, что 24 сентября следователю направлено представление о засекречивании расследования, поскольку в ходе него раскрывается государственная тайна оперативно-розыскной деятельности. «Обвиняемый Осадчий не мог нарушить федеральный закон об ОРД и подписку о неразглашении государственной тайны, которая находится в его личном деле. В противном случае ему могла бы быть вменена дополнительная статья Уголовного кодекса 283. Если бы материалы уголовного дела были засекречены, то Осадчий мог бы пояснить, в каких целях передавались мобильные телефоны, продукты питания, одежда лицам, которые находились в камерах. И для каких целей организовывались встречи арестованных с некоторыми жителями Алдана», - заявил адвокат. Вероятно, речь идет о тех самых проститутках, которых по приказу Осадчего приводили арестованным в ИВС, о чем сообщал ТайгаПост.

По словам Припузова, показания по делу давали негласные агенты МВД, работавшие в камерах, а также полицейские, которым веры нет, поскольку Осадчий их уволил. Поговорив о мести, адвокат продолжил: «Бывший начальник ИВС Петренко, запуганный органами предварительного следствия и оперативными сотрудниками, давший согласие на рассмотрение его уголовного дела в особом порядке, готов дать любые «обличительные» показания на своего бывшего начальника». И предложил выпустить Осадчего под подписку о невыезде.

Гособвинитель возражал: Осадчему инкриминируют статью об умышленном тяжком преступлении со сроком изоляции до десяти лет, на свободе может мешать следствию. «В материалах имеются сведения о том, что со стороны защиты предпринимались действия по изменению показаний свидетеля в пользу Осадчего», - заявила гособвинитель.

В своей речи прокурор отметила, что Осадчий нанес урон авторитету органов внутренних дел. Но тяжкие последствия далеко не в этом. «Действия Осадчего связаны с грубым нарушением, попранием прав подозреваемых, обвиняемых, которых заставляли брать на себя вину за те преступления, которые они не совершали. Это могло повлечь за собой вынесение незаконных приговоров. Это и есть существенные значительные последствия», - резюмировала гособвинитель.

В своем последнем слове Александр Осадчий отметил, что слова прокурора носят декларативный характер: «Еще не установлено, на самом ли деле они взяли на себя чужие преступления. Это пока только их заявления».

Весьма интересным было объяснение обвиняемого по поводу попыток изменить показания свидетеля в его пользу. Как стало понятно из его слов, речь шла о начальнике ИВС Петренко, которого задержали первым. Брали Петренко в Алдане оперативники ФСБ в штатском. На глазах жены затолкали в машину, не представились и увезли капитана в Якутск. Его судьба прояснилась почти через сутки. Жена Петренко обратилась в полицию и написала заявление о похищении мужа.

По данным ТайгаПост, Осадчий, явно понимая, что через капитана следователи подбираются к нему, нанял ему адвокатов. Те пришли в ИВС к задержанному, но от таких навязанных защитников Петренко предпочел отказаться.

Вот что по данному поводу сказал Осадчий на заседании суда: «Факт прихода адвокатов в ИВС к Петренко можно интерпретировать по-разному. Супруга Петренко обратилась в органы с заявлением о без вести пропавшем муже, которого у нее на глазах похитили лица в гражданской одежде. Так какие действия должен был предпринимать руководитель отдела полиции, к которому пришла жена сотрудника с заявлением о том, что он без вести пропал? Что я еще должен был делать, как не нанять адвоката, не попытаться с ним связаться, предоставить ему юридическую помощь».

Честно говоря, мы думали, что, получив заявление о похищении человека, полицейские должны его искать, а не нанимать адвокатов без вести пропавшему. Но у Александра Осадчего своя правда...

В своем последнем слове уволенный подполковник объяснил, почему алданские чекисты его преследуют: «У них ко мне личное неприязненное отношение, потому что на протяжении нескольких лет я не давал им свободно себя чувствовать в одной из категорий оперативно-розыскной деятельности. Алданский отдел полиции на протяжении пяти лет произвел шесть изъятий золота с возбуждением уголовных дел, чего не было у сотрудников ФСБ и что их очень задевало».

Ожидая решение судьи, Александр Осадчий нервно барабанил пальцами, наигрывая какой-то марш. Ожидание было недолгим. Через пару минут Валерий Окороков снова появился в зале заседаний и объявил: до 29 декабря Осадчему оставаться за решеткой, его жалоба отклонена.

Источник: ТайгаПост

Экс-начальник Алданского РОВД хочет засекретить свое дело - репортаж из зала суда

Опрос недели

Поддерживаете ли вы, чтобы спиртное в Якутии стали продавать с 10 утра до 10 вечера?