Вы здесь

Якутская песнь алмазного генерала

28 августа 2018 в 14:08Рубрика: Жизнь +

До сих пор перестройка ведет нашу экономику в тупик

В свои 77 Владимир Пискунов не сходит с главной жизненной линии. Некогда всемогущий алмазный «генерал» сегодня занят активной общественной работой. Его опыт и знания по-прежнему востребованы в высших эшелонах российской власти и на международной арене. Но наибольший интерес у Пискунова вызывает период жизни, связанный с работой в Мирном. Легендарного руководителя объединения «Якуталмаз» мы нашли в московской больнице. «Владимир Венедиктович, мы хотели бы взять у вас интервью». «Откуда, из Якутска? Ну, начинайте прямо сейчас», - ответил Пискунов не допускающим возражения баритоном. Получив зеленый свет, заходим с личного.

- Как ваше здоровье? Почему оказались в больнице?

- Все нормально. Это плановая диспансеризация.

- В Мирном теперь часто доводится бывать?

- Раз в год по приглашению АЛРОСА. С 1991 года, как я ушел с должности генерального директора производственного объединения «Якуталмаз», в Мирнинском районе многое изменилось. Уже после меня запустили подземный рудник в Удачном, аварийный рудник «Мир». Но все основные предприятия были построены с моим участием и под моим руководством.

Сам Мирный преобразился, действительно, стал красивым. Радует, что в свое время мы очень серьезное внимание уделяли озеленению, в целом, благоустройству. Деревья, которые мы садили кустиками, сегодня уже выросли выше четырехэтажных домов. Для Севера очень большое благо, когда город зеленый. Здесь все тротуары в порядке, фасады покрашены. Мирный прекрасно смотрится. Появились отличные зоны вокруг храма, площади Победы, памятники нашим бывшим руководителям Солдатову и Тихонову и т.д. Я понимаю, как трудно этого всего было добиться.

- Наверное, почти все из того, что вы перечислили, было построено алмазодобывающей компанией. Вы же знаете, что сейчас АЛРОСА освобождает себя от социальной нагрузки. Как это может повлиять на благополучие самого Мирного и его жителей?

- Повлияет, конечно. АЛРОСА всегда была градообразующим предприятием. На нее были возложены обязанности строить почти всё для города. В советское время нам на это и деньги давали. Но сейчас все ломается, город пытается забрать себе все жилищно-коммунальное хозяйство. Я никогда не разделял этого устремления. С одной стороны, понимаю, что Мирному нужны собственные активы. Но с другой, эксплуатация этого хозяйства – очень сложный процесс. В случае возникновения каких-то аварийных ситуаций мы могли мобилизовать большие силы. Город пока справляется нормально. Как будет дальше, посмотрим.

- А разве это администрация города пытается забрать под себя все городское хозяйство, а не АЛРОСА его сбрасывает?

- Нет. Вопрос передачи всего коммунального хозяйства, инженерных сетей, домов  в город республика давно ставила. Этот процесс начался еще при мне. Но тогда город очень осторожно брал эти объекты: только садики, отдельные, наиболее хорошие дома и т.д. При этом выставляли большие требования по доделке, доводке объектов до ума. И только тогда соглашались брать.

На фото: с детьми Олегом и Евгением

- Владимир Венедиктович, перестройка пришлась на годы вашего руководства «Якуталмазом». Как она отразилась на предприятии?

- Когда в 60-е годы председатель правительства Алексей Косыгин (1904 – 1980 годы жизни – С.С.) объявил экономическую реформу, она многое нам дала. Появились более свободные экономические рычаги. Выросло стимулирование труда через соцсоревнования и повышение зарплаты. Мы начали работать более плодотворно. Но с уходом Косыгина все стало замирать.

Так что с перестройкой были связаны определенные ожидания. Но Горбачев кардинально изменил политику по принципу «каждая кухарка может управлять предприятием». Мы с этим не согласились. Была очень тяжелая работа по убеждению трудовых коллективов, чтобы не выходили из объединения. Это было непросто, поскольку мы шли вразрез с главной линией ЦК КПСС и правительства СССР. Меня вызывали в ЦК КПССС, говорили: «Что, ты белая ворона что ли? Все под козырек приняли, а ты против». Я убеждал, что в наших условиях дробить предприятие нельзя, этим нанесем только вред. И мы отстояли объединение.

А ведь все остальное растащили. В Якутии, к примеру, было шесть ГОКов. Их раздробили на множество самостоятельных структур. То же самое произошло в 11 объединениях «Главалмаззолота» при Совмине СССР. Мы, единственные, «Якуталмаз» отстояли. Наоборот, взяли в свой состав все геологические экспедиции по поиску алмазов, что позволяло нам очень серьезно работать по формированию будущей базы алмазодобычи. Взяли тогда себе аэропорт в Мирном, да много еще чего, что не позволило растащить эти предприятия.

И в это тяжелое время, благодаря принятым решениям, мы в 1990 году заняли первое место в мире (!) по добыче алмазов. И до сих пор компания его не отдает.

На фото: с председателем обкома ЯАССР Юрием Прокопьевым

- Чем объясняется, что сегодня АЛРОСА добывает намного меньше алмазов, чем «Якуталмаз», когда вы им руководили?

- Здесь много факторов. Но это не связано с выбыванием сырьевой базы. Раньше мы работали за одну цену. Гохран нам платил по 15 рублей за карат. Когда же я настоял на переходе на мировые цены, мы немножко темп сбросили. От долларов мы получали очень приличные деньги. И нам хватало на решение всех наших народно-хозяйственных задач. То есть, стали больше внимания уделять созданию резервов на будущее. Наша стратегия подтвердилась, все эти годы АЛРОСА уверенно работала, пережила все удары судьбы и продолжала строить. Хотя и не в таких объемах, как это делали мы.

- В 1991 году вы оставили должность генерального директора «Якуталмаза». Это было ваше решение или вас «ушли»?

- Это было личное мое желание. Кроме того, что я возглавлял объединение «Якуталмаз», еще был генеральным директором Ассоциации промышленников СССР. За созданием этой организации стояли Горбачев и Рыжков (Николай Рыжков – председатель Совета министров СССР в 1985-1991 г.г. – С.С.). Мы создали филиалы во всех республиках. Цель этой Ассоциации была выработка стратегии развития рыночной экономики в СССР. Тогда еще КПСС существовала и мне сказали: «Давай, или оставайся работать в «Якуталмазе», или переезжай в Москву руководить Ассоциацией». Я выбрал второе.

- Не пожалели потом?

- Получилось не очень удачно. Потому что я переехал в мае, а в августе произошло ГКЧП. И все развалилось.

- Каково было ваше отношение к ГКЧП?

- Все директоры хотели лучшего. Нас многих не устраивало то, что было связано с перестройкой. До сих пор она ведет нашу экономику в тупик. Разве вы не видите, что последние 30 лет экономика страны практически стоит на месте. А в кризисные годы еще и падает. Они всегда были и будут эти кризисы, но нужно уметь их обходить. В общем, в какой-то мере я симпатизировал ГКЧП. Но мы понимали, что ГКЧП ни к чему хорошему не приведет. Так оно и получилось. Сложное, смутное время было.

- В 1992 году вы возвращаетесь в компанию в качестве вице-президента «Алмазы России-Саха». Кто вас тогда пригласил?

- Когда Валерий Рудаков стал президентом компании (1992-1994 г.г – С.С.), он позвал меня обратно. Но я, в общем, и не уходил - в Москве возглавлял представительство «Якуталмаза». Нас всего тогда девять человек в Москве работало. Рудаков, я – единственный вице-президент и еще семь начальников отделов. Начали выстраивать структуру акционерной компании. В конечном счете, в Москве появился нормальный штаб для управления. Мы создали такую структуру, которую никто не смог разрушить, хотя различных посягательств гайдаров, чубайсов, прочих олигархов очень много было.

АК «Алмазы России-Саха», из которой потом выросла «АЛРОСА», мы зарегистрировали в Мирном. Но деловой центр – Москва, все деньги там. И там мы создали штаб. Жизнь подтвердила, что все сделали правильно.

На фото: с сыном Олегом Пискуновым

- Владимир Венедиктович, когда впервые заговорили о том, что добычу алмазов в Мирнинском районе нужно вести шахтовым способом?

- С момента зарождения алмазной промышленности. В соответствии с требованиями Госплана СССР мы делали концепцию перспективного развития на 15 лет. Открытые разработки месторождения велись очень активным способом. Так, самая богатая трубка «Интернациональная» была небольшая. Но мы там достигли темпов понижения 75 метров в год, то есть на 75 метров углублялся карьер. И первый подземный рудник построили на «Интернациональном». Более мощные трубки «Мир» и «Удачная» отрабатывали со скоростью 25 метров в год.

Карьер «Мир» был глубиной 527 метров – это уникальнейшая отработка, которых во всем мире не было. «Удачную» отработали на 620 метров. Как мне сказал министр угольной промышленности СССР Чадов: «Володя, я съем сейчас шляпу, преклоняюсь перед горняками, которые делают такие героические проекты».

Мы понимали, что такие темпы углубления карьеров очень скоро приведут к неприятностям. Если не будем строить подземные рудники, что тогда будет с городами, которые мы построили, тремя гидроэлектростанциями, аэропортами? В шахтах ничего страшного нет, Норильск очень давно на подземных рудниках работает.

- У вас есть понимание – в чем причина аварии в шахте «Мир» в августе 2017 года?

- Это очень сложный вопрос. И я досконально им не владею. Когда делали проект «Мира», защищали его на всех уровнях. Никто бы не пропустил, если бы чувствовали возможность аварийного поворота на руднике. Но во всем мире много происходит аварий на подземных сооружениях. Не знаю, в чем на «Мире» была причина.

- Могло быть так: проект защищен, но в ходе строительства шахты от проекта немного отошли?

- В общем, конечно, все может быть. Но обычно горные предприятия, подобные руднику «Мир», находятся под жестоким контролем со стороны горно-технической инспекции. У нас прямо в «Якуталмазе» сидело отделение ГТИ, которая ежесуточно следила за всеми процессами, особенно за подземными рудниками и глубокими карьерами.

- Ходят слухи, что под Мирным, Удачным есть алмазы…

- Такой информации не было никогда. Когда мы начали отрабатывать трубки, поставили на уши всех геологов Советского Союза. Но, к сожалению, вблизи Мирного ни одной трубки не оказалось. Там геологи, как говорится, всё на животе проползли. Под взлетной полосой аэропорта Мирного есть россыпи алмазов. Сейчас там удлиняют полосу, чтобы освободить ее часть, и будут ее отрабатывать. Такие россыпные месторождения вокруг Мирного есть. Но, чтобы в самом Мирном было месторождение алмазов, у нас информации нет. Аналогичная ситуация и в Удачном.

- В последнее время появляется все больше данных об искусственных алмазах. Как вы считаете, это может серьезно угрожать компании «АЛРОСА»?

- За последние 20 лет в мире не открыто ни одной новой трубки. При этом алмазный рынок очень разогрели. Так, «Мир» в год добывает сырых алмазов на 10-12 миллиардов долларов. А ювелирных изделий с бриллиантами из них продают на сумму до 150 миллиардов долларов. Огранка алмазов при самом хорошем раскладе дает до 15% прибыли. Изготовление из них ювелирных изделий – еще 10-15%. А весь подъем рынка идет по оптовой и розничной торговле ювелирными изделиями.

- Там такая сумасшедшая торговая надбавка.

- Ну, конечно. У нас около 20 бирж, которые работают в этом направлении. Масса гильдий также работают на подъем рынка. И на всех уровнях прохождения цена ювелирки поднимается.

Компания «Де Бирс» тайно – об этом никогда не сообщается – уже давно занимается выращиванием искусственных алмазов. Для этого у нее есть очень серьезные научные центры. Искусственные алмазы давно стали появляться на мировом рынке. Но долгое время все ассоциации, которые созданы для поддержания этого рынка, исключали саму возможность появления на нем искусственных алмазов. Просто были прямые инструкции: запретить!

Но последние лет десять начались «прострелы» искусственных алмазов. Они начали понемногу выходить на мировой рынок. Стали появляться осторожные записи регулирующих ассоциаций: надо изучить, проработать… А теперь «Де Бирс» официально объявил, что будет торговать искусственными алмазами. Это нехороший сигнал для АЛРОСА. С другой стороны, бизнес давно выходил на руководство АЛРОСА с предложением – займитесь сами искусственными алмазами. Еще при мне в конце 80-х в «Якуталмазе» мы начинали делать концепцию, но она не получила никакого развития.

А сейчас уже несколько фирм, в основном, американских, выращивают искусственные алмазы. И по неофициальным экспертным оценкам, процентов 10 алмазов на рынке - искусственного происхождения. Этот процесс уже остановить невозможно. Как я говорил, за 20 лет ни одной новой трубки в мире не нашли, количество алмазов, которые добывают всего несколько стран, иссякают, они становятся дороже. Естественно, рынок ищет выход из положения. Мы к этому оказались не готовы…

- Компания «АЛРОСА» планирует купить убыточный гранильный завод «Кристалл» в Смоленске. Как вы к этому относитесь?

- Я и мой коллега Валерий Рудаков, который тоже был генеральным директором «Якуталмаза», потом министром «Главалмаззолота», никогда этого не поддерживали и не поддерживаем. «Де Бирс» не занимался огранкой алмазов не потому, что не мог этого делать. А потому, что, если в составе подобной транснациональной корпорации появляется подразделение, которое начинает заниматься переработкой алмазов, то получается очень низкая эффективность этих предприятий.

Это мы проверили на себе, когда построили в Орле два гранильных и один ювелирный заводы. Если израильская фирма гранит алмаз за два месяца, то наши – за четыре. Индусы и китайцы сегодня гранят алмазы за 7-9 долларов за карат. Российские гранильные компании уходят уже за 50 долларов за карат.

Находящееся в холдинге гранильное предприятие знает, что «папа» - большая компания – все равно даст ему лучшие алмазы, поможет, не позволит упасть. Они превращаются в убыточные предприятия, дотируемые головной компанией. А объясняется это: алмазы у нас не те, алмазы нам дают мелкие, мы не можем на них эффективно работать, лучшие алмазы продаются на экспорт и тому подобное. Эта извечная бодяга вокруг внутреннего рынка.

- Вы открывали добычу алмазов в Анголе. Как это происходило?

- Я решил вопрос о строительстве алмазодобывающего предприятия в Анголе. В советское время предприятия сами не могли этого делать – все решалось через «Главалмаззолото» и правительство СССР. Я лично дважды выезжал в Анголу, встречался с ее президентом. Мы договорились с ним о конкретных пунктах устава, совместное предприятие создали 50 на 50. И дело пошло. Комбинат по-прежнему работает, кстати, самый крупный в Африке.

- Вы встречаетесь с бывшим президентом АЛРОСА Вячеславом Штыровым, нынешним Сергеем Ивановым?

- Со Штыровым очень редко, но встречи бывают. С Ивановым пока не было.

На фото: чествование в московском представительстве с 75-летним юбилеем

- Владимир Венедиктович, чем вы сейчас занимаетесь?

- Общественными организациями. Когда-то нас с Валерием Рудаковым пригласил Евгений Примаков (председатель правительства РФ в 1998-1999 г.г. – С.С.). И предложил создать Комитет по драгметаллам и камням при Торгово-промышленной палате, что мы и сделали. Проводили международные конференции по рынку драгметаллов и камней. Выпускаем журнал «Драгметаллы и камни», множество докладов. Занимаемся мониторингом закона РФ о драгметаллах и камнях. Я являюсь одним из его авторов. И теперь при необходимости вносим в него изменения. У меня и другой работы хватает. Долгое время был президентом Алмазного союза, сейчас эту должность оставил. Являюсь академиком трех Академий, вхожу в их руководящие органы. И возглавляю два отделения по драгметаллам и камням Академии информатизации при ООН. Алмазы – моя жизнь, и я больше ничем другим не занимаюсь.

На фото: с внуком Дмитрием Пискуновым и правнуком Сашей

- Вы хотите что-нибудь сказать землякам в Якутии?

- Самых наилучших успехов Республике, моему родному коллективу, который я по-прежнему называю «Якуталмаз». Я 30 лет там отработал и горжусь тем, что удалось создать многие крупные алмазодобывающие предприятия, как под моим партийным руководством, так и когда был генеральным директором. Мы построили гидроэлектростанции, дороги, всю инфраструктуру, четыре прекрасных города – Ленск, Мирный, Айхал, Удачный, около 20 поселков городского типа. Для меня это была хорошая песня жизни. И желаю, чтобы «Якуталмаз» не сдавал ведущие позиции, как в России, так и в мире.

Справка :

Владимир Венедиктович Пискунов — советский государственный и партийный деятель, российский предприниматель. Первый секретарь Мирнинского горкома ВЛКСМ и горкома КПСС. Депутат Верховного Совета СССР (1984—1989). Народный депутат Якутии. Родился 8 апреля 1941 года в г. Черемхово Иркутской области.

В 1964 году окончил Иркутский политехнический институт, затем Хабаровскую высшую партийную школу, Институт повышения квалификации АНХ при СМ СССР. Начал работать с 15 лет на шахте треста «Черемховоуголь». С 1964 по 1991 годы жил в городе Мирный, работал в объединении «Якуталмаз», в том числе восемь лет - генеральным директором.

В 1992-1996 годах — вице-президент АК «Алмазы России-Саха», в 1996-1997 годах — начальник управления по драгметаллам и драгкамням Министерства промышленности РФ. В 1997-2001 годах — советник Председателя Совета Федерации Федерального Собрания РФ.

В дальнейшем - президент Ассоциации промышленников и предпринимателей России, вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей; член президиума Федерации товаропроизводителей России, президент Российского алмазного союза. Академик инженерной, горной Академий и Академии недропользования.

Источник: Сергей СУМЧЕНКО, Якутск Вечерний

 

 

Опрос недели

В России хотят запретить использовать в школе мобильные телефоны. Как вы считаете: