Вы здесь

"Меня сделали крайним в этой трагедии и вынесли беспрецедентный приговор" - осужденный лейтенант

22 апреля 2018 в 13:38Рубрика: Акценты

Российская армия пыталась взыскать со своего офицера 176 млн рублей! Именно в такую сумму поначалу был оценен ущерб от гибели военно-транспортного Ил-18. 19 декабря 2016 года при заходе на посадку в аэропорту Тикси самолет зацепил сопку и рассыпался, скатившись по ее склону. Серьезно пострадали почти все из 39 пассажиров и членов экипажа, а один офицер-вертолетчик позже скончался.

16 апреля 2018-го Якутский гарнизонный суд нашел виновного. По его версии, это старший лейтенант ВКС России Камиль Ахмедов. Той трагической ночью он находился за диспетчерским пультом в аэропорту Тикси и руководил посадкой Ила. Суд уверен: Ахмедов слишком рано подал команду на снижение до 400 метров, где и произошло столкновение с сопкой. Ахмедов же настаивает на своем: «На моих картах и схемах никакой сопки в указанном квадрате не было, как не было и никаких ограничений по высоте. Так что команду на снижение дал абсолютно законно».

Уже на следующий день после аварии схемы и инструкции по производству полетов в Тикси были изменены, что явно указывает на их несоответствие. А комиссия по расследованию причин происшествия выявила серьезные нарушения со стороны экипажа. В частности, не был проложен маршрут на картах, экипаж не согласовал с аэродромом свои схемы посадки. Более того, при посадке полярной ночью Ил-18 не включил высотомер, который должен был предупреждать об опасном сближении с землей. Но суд решил: во всем виноват один лейтенант.

По статье 351 УК РФ «Нарушение правил полетов или подготовки к ним военных летательных аппаратов» Камилю Ахмедову назначено провести в колонии поселения 4,5 года и выплатить Министерству обороны 23 млн 528 тыс рублей. Меньше, чем просил прокурор, но Ахмедов себя считает полностью невиновным.

Камиль АХМЕДОВ:

- Я верю, что в будущем справедливость все-таки восторжествует. Меня сделали крайним в этой трагедии и вынесли беспрецедентный приговор. Так, 27 ноября 1996 года при взлете с аэродрома Абакана Ил-76 на удалении 13 км столкнулся с возвышенностью 609 метров. В результате самолет сгорел, десять членов экипажа и 13 пассажиров погибли. По итогам расследования было признано упущение должностных лиц аэропорта «Абакан» при соблюдении правил организации полета, выразившихся в невнесении в сборник аэронавигационной информации данных о препятствиях в районе аэродрома. У меня в инструкции по руководству полетами точно так же не была указана сопка, которую зацепил Ил-18. Но в Абакане виновными признали должностных лиц, разрабатывавших схемы, и вообще никого не посадили. А меня – в колонию.

И это при том, что сразу после аварии в Тикси были внесены изменения в инструкции. Так, 23 декабря 2016 года (на четвертый день после аварии Ил-18 – С.С.) с нами было проведено занятие по штурманской подготовке. Тема: «Особенности захода на посадку». Из выступления: «Товарищи офицеры! Данное занятие проводится с целью изучения изменений захода на посадку с магнитным курсом 205. Необходимость данных изменений вызвана тем, что действовавшая схема захода на посадку не обеспечивала безопасность воздушных судов от столкновения с земной поверхностью и препятствиями на ней».

В марте 2017-го министр обороны подписал план профилактических мероприятий по результатам расследования аварии в Тикси, где тоже указал о необходимости переработки схем снижения и захода на посадку в аэродроме Тикси. Это же прямо свидетельствует, что документы, с которыми мы работали на аэродроме, не соответствовали требованиям безопасности. Не я их разрабатывал, а лишь строго выполнял инструкции. Но ответить пришлось только мне, больше никого виноватых нет. Экипаж нарушил все, что мог, но к ответственности его не привлекают. А мне вынесли приговор, которого в России раньше не было.

В 2009 году при посадке в Смоленске разбился самолет президента Польши Леха Качинского. Международная комиссия признала виновным экипаж, который в условиях тумана не включил высотомер. На Ил-18 в Тикси ведь тоже радиовысотомер был выключен, а в декабре там полярная ночь. Комиссия указала, что при посадке высотомер должен быть включен. Но опять виноватым оказался только я.

В 2013 году, когда разбился Ан-12 и погибли все пассажиры и экипаж, виновный получил три года поселения. В Махачкале в 2006-м самолет задел правой консолью соседний самолет, погиб весь экипаж, виновному дали два года условно. А мне четыре с половиной поселения. Я виновен только в том, что действовал в соответствии с инструкцией схемы захода на посадку курсом 205. На протяжении восьми месяцев я осуществлял по ней посадки различных типов самолетов и всем давал одинаковый радиообмен. Все экипажи до трагедии с Ил-18 благополучно осуществляли посадку.

- Государственный обвинитель просил вас приговорить к пяти годам поселения. Какие аргументы учел суд, когда сокращал срок?

- У меня двое малолетних детей. Я был добровольцем-донором для пострадавших в Ил-18, положительные характеристики с места службы и награда за отличие в военной службе. С учетом этих обстоятельств наказание сократили на полгода. Но я полностью не признаю вину и буду обжаловать приговор. Надежда умирает последней.

- Камиль, что за сумма 176 млн рублей, которую с тебя пыталось взыскать Министерство обороны. И почему в итоге она была снижена до 23,5 млн?

- Видимо, Министерство обороны хотело, чтобы я им другой самолет купил. Сколько стоит самолет, нам же не скажут. Но я так понимаю, что первая оценка разбившегося Ил-18 составляла 176 млн, этот ущерб мне и предъявили. Но затем посчитали остаточную стоимость, и сумма снизилась до 23,5 млн.

- Почему, по твоему мнению, тебя признали виновным и вынесли столь суровое наказание?

- Просто я не той национальности и из простой семьи. Проще все свалить на лейтенанта. Хотя еще раз подчеркиваю: при расследовании причин аварии была выявлена серия грубейших нарушений в документах и действиях экипажа. Но виноватых в этом не нашли.

Леонид ЗАХАРОВ, адвокат Камиля Ахмедова:

- Суд отклонил все наши ходатайства и шел на поводу обвинения. Так, мы хотели заслушать оригиналы записи переговоров со средств объективного контроля. Когда их прослушивали в Тикси, то Ахмедов слышал, как штурман говорил командиру экипажа: «Рано снижаешься». Но командир экипажа на это не отреагировал. А на тех записях, что предоставили суду, этой фразы уже нет. Специалист в суде подтвердил, что к диску могли иметь доступ третьи лица и, следовательно, внести изменения в записи. Поэтому мы и требовали предоставить оригинал записи переговоров, но нам было отказано.

Кроме того, председатель комиссии по расследованию причин аварии Ил-18 показал, что эксперты, которые проводили расследование, специалисты и понятые служат в одном месте – в службе авиационной безопасности Вооруженных Сил России. Более того, они друзья, вместе отдыхают. Меня поражает такое положение дел, и ставит вопрос объективности проведенного расследования, когда все его участники, что называются, варятся в одном котле.

Пока приговор не вступил в законную силу, Ахмедов находится на свободе. Сейчас ознакомимся с материалами суда и будем обжаловать приговор.

Источник: Сергей СУМЧЕНКО, Якутск Вечерний

На фото: Камиль Ахмедов

 

 

Опрос недели

Доверяете ли вы российской полиции?